А. М. Анастасьев — раскопки в Коломенском уезде

А. М. Анастасьев — коломенский врач и по совместительству страстный любитель антропологии и археологии. В 1860-х годах под руководством А. П. Богданова он провёл масштабные раскопки курганов Коломенского уезда. Данные об артефактах, найденных в ходе этих раскопок, были представлены на Антропологической выставке в Москве, а также нашли отражение в работах советских историков. Впрочем, с высоты современных реалий деятельность А. М. Анастасьева выглядит спорной и, по крайней мере, служит примером в важном вопросе: что является «копательством», а что — археологией?

Об А. М. Анастасьеве и его работе — подробнее в этой статье.

В этой статье:

• А. М. Анастасьев — биография
• Отношение А. М. Анастасьева к науке
• Деятельность А. М. Анастасьева
  • Ихтиология
  • Антропология. Раскопки курганов
  • Суворово
  • Погост Пять Крестов
  • Ачкасово
  • Мячково-Луково
  • Богдановка
  • Бессониха
  • Мещерино
  • Тишково
• Итоги раскопок. Документальное закрепление результатов
• Передача артефактов в музей
• Работы А. М. Анастасьева
• А. М. Анастасьев — археолог или копатель?
• Заключение

А. М. Анастасьев — биография

Александр Михайлович Анастасьев был врачом. Сначала он был коломенским городовым врачом (состоял в этой должности почти 19 лет, с 8 февраля 1850 года по 25 октября 1868 года). Затем стал уездным [1].

Также А. М. Анастасьев был лекарем медицинской конторы по Московской губернии [2] — располагалась в Москве в здании присутственных мест у Иверских ворот [3]. Непременный член врачебного управления по Московской губернии [4].

У него был старший брат — Константин Михайлович Анастасьев, который служил врачом в Рузе (скончался в 1873 г. от воспаления лёгких) [5].

Братья Анастасьевы учились в Медико-хирургической академии [6].

Доктор А. М. Анастасьев — член-основатель Императорского общества любителей естествознания, антропологии и этнографии (ИОЛЕАЭ) [7]. Общество основано в 1863 году.

С переходом в Москву из Коломны доктора А. М. Анастасьева стали назначать в Совет ИОЛЕАЭ [8].

Также он явился одним из первых описателей фауны подмосковных рыб [9].

Статский советник А. М. Анастасьев скончался 1 ноября 1878 года в Москве от разрыва сердца в возрасте 50 лет [10].

11 декабря 1878 г. А. П. Богдановым на соединённом заседании Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии и Антропологического отдела в большом здании Политехнического музея был читан некролог в память об А. М. Анастасьеве [11].

Отношение А. М. Анастасьева к науке

Являясь любителем, А. М. Анастасьев питал искренний интерес к науке, не имея желания обогатиться или пополнять свои коллекции. А. П. Богданов так вспоминал о А. М. Анастасьеве и о его «уютном уголке в Коломне» [12]:

«Кто из принимавших участие в первоначальных экскурсиях Общества [любителей естествознания, антропологии и этнографии] по Московской губернии, как для энтомологических работ, так и для раскопки курганов, не помнит того радушного, уютного уголка в Коломне, в котором всё свидетельствовало о научных стремлениях и неподдельной любознательности хозяина? Столы, заваленные естественно-историческими сочинениями и редкостями, комнаты, наполненные местными естественно-историческими предметами, начиная от ископаемых и чучел птиц и кончая черепами и предметами из курганов. И это не собиралось напоказ, не из простой коллекторской страсти, а с искренностью тотчас же передавал ему предмет в полное распоряжение, начинал делать новые разведки и раскопки, чтобы лучше обставить то, что казалось имеющим научное значение. Истинным праздником для покойного был тот день, когда к нему приезжали специалисты, чтобы изучить тот или другой известный вопрос. Он отдавал тотчас в их распоряжение всё свое свободное время, сопровождал их на экскурсии, облегчая их труды, и за это желал только одного, чтобы ему побольше сообщали указаний для возможных подготовительных работ, чтобы его ознакомили с современным состоянием вопроса. Такую горячую любовь к науке сохранил человек, заваленный медицинской практикой, едва-едва поддерживавший благоприятное равновесие в своем бюджете, так как его звание и его практика главным образом посвящались не болеющим представителям туго набитых бумажников, а бедному крестьянскому люду. За это он, правда, частенько задумывался в последнее время о своей судьбе, когда явилась болезнь и упадок сил, но за это также он оставил незабвенный след в своей жизни и своей деятельности и приобрел право на уважение со стороны людей науки и на благодарность у массы простого бедного люда».

Деятельность А. М. Анастасьева

Ихтиология

В 1870 году А. М. Анастасьевым было передано в дар Зоологическому музею при Императорском Московском университете собрание видов рыб из окрестностей Коломны [13].

Антропология. Раскопки курганов

А. М. Анастасьев наиболее известен именно как руководитель раскопок в Коломенском уезде.

Раскопки курганов в Коломенском уезде были поручены руководству А. М. Анастасьева Обществом любителей естествознания, антропологии и этнографии [14] и проходили в несколько этапов.

Первый этап раскопок был в 1864 году в окрестностях села Никульское Коломенского уезда [15]:

• между Никульским и Непецино — 8 курганов;

Второй этап (1864 — 1865 гг.) А. М. Анастасьевым разрыто в Коломенском уезде 73 кургана при селениях [16]:

• сельцо Суворово (г-жи Шпеер);
• погост Пять Крестов;
• село Ачкасово (г-жи Стрекаловой);
• село Мячково (Луково);
• село Мещерино;
• село Тишково (г-на Глебова);
• село Богдановка (г-на Желтухина);
• деревня Бессониха.

Также были найдены черепа близ города Коломны (13 черепов).

В протоколах Антропологического отдела ИОЛЕАЭ в отчёте о раскопках, организованных А. П. Богдановым в 1865 г., отмечалось, что:

«В Коломенском уезде… . Из археологических вещей, найденных в этих курганах, большая часть состоит из медных колец, запонок, булавок, нарукавников, бубенчиков, шейных и головных обручей, витых из проволоки и литых, стеклянных бус, некоторые с внутренней позолотой, из золотых вещей найден бубенчик (по мнению гр. Тышкевича эмблема девства), из серебряных тоже немного в сравнении с медными. В Коломенских курганах, разрытых А. М. Анастасьевым, между головными украшениями найден медный образок, янтарные бусины и крест; между ними найден один скелет, с остатком одеяния, сшитого из кожи и при нем золотой бубенчик…» [17].

Суворово

Касаемо курганов возле сельца Суворова А. М. Анастасьев отмечал, что:

«Между береговой рощею и береговым лесом расположено двенадцать курганов в виде ожерелья с фермуаром. Большая часть этих курганов была рыта; в них делали ямы для толчения льна, от чего костяки пострадали, тем не менее, черепа сохранились довольно хорошо» [18].

Из этого мы видим, насколько утилитарно подходили местные жители к наследию в те годы.

Описывая в своём докладе найденные предметы, А. М. Анастасьев указывает на волосные кольца, серьги городками, белую круглую бусину, металлические наконечники от шейного украшения, гладкий браслет и глиняный горшок с клеймом наподобие буквы «Н» в ногах захороненного [19].

Погост Пять Крестов

«Курганы эти находятся на церковной земле погоста Пяти Крестов, отстоящего от г. Коломны в 20 верстах; от Суворовских курганов в 2-х вер[стах] и в полуверсте от линии железной дороги, следовательно, по левую сторону Москвы-реки. Пять курганов в вид фермуара с ожерельем расположились не в далеке от погоста на месте открытом и возвышенном; на макушках их высятся довольно большие сосны, а низ окаймлен можжевельником, из-под которого везде проглядывают множество норок мелких животных. В народе говорят, что здесь схоронены пять братьев богатырей [20]».

Ачкасово

В Ачкасове же им было вскрыто два кургана и найденодовольно много бусин, а также два витых браслета, при этом кости им были найдены на материке [21]:

«Село Ачкасово, помещицы Стрекаловой, расположено на правом берегу Москвы-реки, напротив села Суворова. Курганы находятся по обе стороны села, на расстоянии около версты. По левую сторону находится самый большой курган в Коломенском уезде, высотой 8 саженей. При его раскопке не было найдено ни угля, ни горшечных черепков, ни костей, поэтому его можно отнести к сторожевым, а не к могильным. … Все три Ачкасовские кургана находятся в лесу».

Мячково-Луково

Что касается курганов в районе Мячково-Луково, то А. М. Анастасьев отметил, что:

«…курганы находятся под самым селением, рядом с древним раскольничьим кладбищем, и представляют насыпи в 2 аршина над землею, числом их 29-ть. Размещены они в 4 параллельных линии, состоящих из 8 или из 6 курганов. Костяки были открыты на материке, в деревянных гробах, от которых остались только признаки, а чаще без гробов. Положение костяка — С3. на В. Из вещей попадались кресты, металлические пуговки и что-то в роде серег. Разрыто этих курганов 17. Остальные оставлены, по неприязненному взгляду крестьян, большею частию раскольников, на раскопки, особенно трусивших, чтобы не дотронулись до их кладбища» [22].

Богдановка

А. М. Анастасьев не смог не отметить живописность окрестностей села Богдановки:

«Село Богдановка отстоит от г. Коломны в 20 верстах, принадлежит помещику Желтухину. Курганы размещены в виде ожерелья с фермуаром в числе 5-ти насыпей близ села, на месте очень открытом и красивом» [23].

В богдановских курганах им были найдены четыре серьги, две из них городками, ожерелье из пятнадцати белых круглых бусин и из двух бусин круглых мозаичных, два витых браслета, шесть перстней, из них три решётчатые, два пластинками с узором и один с клеймом, от пояса два колечка и застёжка. К одной из серёг прилипли тёмно-русые волосы.

Всего в Богдановке Анастасьевым было вскрыто 5 курганов [24].

Бессониха

Описывая Бессониху, А. М. Анастасьев отмечает, что:

«Местность деревни отстоит от г. Коломны в 25 верстах. Деревня Безсониха, как рассказывают старожилы, получила свое наименование со времен татар, что в набеги их здесь такая была продолжительная битва, что уснуть сражающимся не было никакой возможности» [25].

В Бессонихе А. М. Анастасьевым было раскопано семь курганов.

Он отмечал, что:

«Безсониховские и Ачкасовские курганы должны быть отнесены к могилам одной ветви поселенцев курганного племени, которые в женском наряде имели шейные кольца витые и пластичные, и которые в головном женском уборе, кроме серег, не имели никаких металлических украшений; ибо из шести здешних курганов в одном не найдено шейного кольца, вместо которого найдена одна большая или две нитки бус» [26].

Мещерино

Про мещеринские курганы А. М. Анастасьев пишет мало; по всей видимости, их было только три, и кости («костяк») был найден только в одном из них [27].

Тишково

Анастасьев описывает село Тишково как село помещика Глебова, расположенное в 50 верстах от Коломны:

«Село Тишково, помещика Глебова, от г. Коломны в 50 верстах. Курганы числом 17 расположены в двух местах, близ леса и усадьбы. Они занимают хотя возвышенную местность, но окружены канавами, где стоит подолгу вода. Расположены эти курганы покоем, так что один находится в средине, а по бокам в две линии параллельных тянутся остальные, а в другой, отстоящей от первой на расстоянии одной версты, 10 курганов» [28].

Итоги раскопок. Документальное закрепление результатов

Вообще А. М. Анастасьев довольно детально и добросовестно описывал предметы, а также заключил, что горшки, найденные в курганах сельца Суворова были сделаны не на круге, а на болване, наподобие найденных в сибирских курганах [29]. Результаты вскрытия курганов в 1864 — 1865 гг. были приложены к материалам заседания Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии 22 декабря (по старому стилю) 1865 года [30].

Передача артефактов в музей

Известно, что найденные предметы в составе коллекции А. П. Богданова были переданы в Антропологический музей при Императорском Московском университете (далее — МА МГУ; создан в 1883 г., уже после смерти А. М. Анастасьева) [31]. В частности, известно о следующих предметах:

• сельцо Суворово (передано в МА МГУ, № 707—708; 710—717);
• погост Пять Крестов (передано в МА МГУ, № 736.);
• село Мячково (передано в МА МГУ, № 689—696; 698—702);
• село Тишково (передано в МА МГУ, № 703—704; 706);
• село Богдановка (передано в МА МГУ, № 732—735.);
• деревня Бессониха (передано в МА МГУ, № 727; 729—731).

Шесть ящиков предметов, найденных в курганах Московской губернии А. М. Анастасьевым, были представлены в Москве на Антропологической выставке 1879 года, проходившей в Манеже [32].

Работы А. М. Анастасьева

• О Москве-реке в Коломенском уезде (Известия ИОЛЕАЭ. Т. III. Вып. 1-й. С. 214).
• Раскопки Коломенских курганов (Известия ИОЛЕАЭ. Т. XIII. Вып. 1-й. С. 53.).
• О раскопках курганов Коломенского уезда (Известия ИОЛЕАЭ. Т. XX. 1-й. С. 12.).

А. М. Анастасьев — археолог или копатель?

Отношение к Обществу любителей естествознания, антропологии и этнографии в научной среде было неоднозначным. Уже существовало Общество испытателей природы, основанное намного раньше — в 1805 году.

Принципиальным различием между этими двумя обществами являлось то, что Общество испытателей природы составляло объединение специалистов, а в Общество любителей естествознания, антропологии и этнографии принимали всех — в том числе любителей, коим являлся и А. М. Анастасьев [33].

Деятельность доктора А. М. Анастасьева по руководству археологическими раскопками в Коломенском уезде, пусть и под руководством учёного — А. П. Богданова — и по сей день вызывает споры.

Сам А. П. Богданов раскопками не занимался, не имел для этого специальных знаний. По данным А. А. Формозова, авторитетом среди коллег А. П. Богданов не пользовался, крайне низко оценивали его ведущие московские историки С. М. Соловьев и И. Е. Забелин [34].

Кстати, А. П. Богданов получал открытый лист на производство раскопок (но было это в 1866 году) — то есть здесь речь всё же не идёт о «доморощенных» раскопах из разряда «взял в руки лопату, пошёл и выкопал». Следует заметить, что уже в то время существовали правила производства раскопок — и не просто так исследователям выдавались открытые листы.

Да, А. М. Анастасьевым были комплексно изучены курганы Коломенского уезда — но как и каким образом осуществлялось их вскрытие под патронажем не-археолога А. П. Богданова?

Так, А. А. Формозов отмечает, что оплачивалась работа землекопов, по словам Богданова, из его личных средств и из пожертвований, а руководитель экспедиции предпочитал вскрывать значительное число насыпей в одном могильнике, а не по два-три в нескольких, но до конца этот план осуществлен не был. Копали курганы не на снос, а траншеями, прорезая холм посередине. Делались ли при этом какие-нибудь записки и чертежи, мы не знаем. Во всяком случае, ни те, ни другие до нас не дошли [35].

А. П. Богданов в некрологе А. М. Анастасьеву отмечает, что коллекция Анастасьева не собиралась «напоказ, не из простой коллекторской страсти», а с искренностью тотчас же передавал ему предмет в полное распоряжение. При этом праздником для А. М. Анастасьева были визиты специалистов — в этом случае он отдавал всего себя в желании помочь науке.

При этом и сам А. М. Анастасьев добросовестно публиковал сведения и доклады о своих находках, таким образом вводя их в научный оборот.

Следует учесть то, что другие члены экспедиций, организованных А. П. Богдановым, не фиксировали информацию о своих находках и не вели полевые дневники [36]. Потому и данные экспедиции можно считать во многом бесплодными для науки. А курганы — разрыты.

Тем не менее, при отсутствии должной научной организации работ и их фиксации (в частности, А. А. Формозов, характеризуя коллекцию А. П. Богданова, указывает на не заинвентаризированные коллекции, отсутствие этикеток, неописанный процесс раскопок и мест их проведения, отсутствие полевых дневников и т. п.) А. П. Богданов получил звание доктора наук без защиты за монографию «О московском курганном племени», а курганы Коломенского уезда, благодаря трудам на них «археологов-любителей» получили клеймо бесплодно «разрытых». Недаром советский археолог-славист, историк А. В. Арциховский (1902 — 1978) в своей книге обошёл вниманием коллекцию А. П. Богданова [37].

Если проводить параллели с современными реалиями, когда существуют комплексно сформированные методы работы в археологии, когда существует законодательство об охране археологического наследия с нормами, регулирующими также учёт найденного, а вопросы «любительской археологии» регулярно поднимаются в СМИ и публицистике, то пример деятельности А. М. Анастасьева можно назвать одним из первых примеров такого явления, как «копатель», когда «из лучших побуждений» и «из интереса к науке» дилетанта мы потеряли больше, чем хотели бы найти.

Заключение

Несмотря на все заслуги, которые безусловно принадлежат А. М. Анастасьеву, нельзя не отметить то, что его работа, будучи любительской, в конечном счёте нанесла ущерб археологическому наследию. Это касается не столько даже его самого, сколько комплексных проблем в руководстве раскопками по Московской губернии и фиксации их результатов. Как уже указывалось выше, находки не фиксировались должным образом, из-за этого усердия А. М. Анастасьева, несмотря на его искреннюю увлечённость наукой, во многом не принесли результата.

Да, во времена А. М. Анастасьева, в 19 веке, ещё не были выработаны единые научные подходы в археологии. Но сейчас уже 21 век, с тех пор изменилось очень многое — и не нужно в 21 веке равняться на век 19-й. При этом, как видно, проблемы экспедиций А. П. Богданова до сих пор узнаваемы. Из года в год на полях нашего Подмосковья мы видим таких вот «анастасьевых» с металлоискателями, каждую весну наводняющих без всякого научного руководства и без всяких открытых листов поля нашего региона.

Хочется верить, что и нынешние копатели-«анастасьевы», твёрдо верящие в свою возможность «помогать науке» теми средствами и методами, которыми они располагают как любители, понимали, что такая «помощь» для науки выходит боком, и самый лучший способ помочь — повышать свою квалификацию, становиться археологом и работать официально, потому что материальное наследие — самый хрупкий и невосполнимый ресурс в исторической науке.

И ещё — пища для размышлений всем защитникам и почитателям копателей. Часто ругают копатели официальную археологию: археологов мало, финансирования мало — вот мы и делаем эту работу, прочёсывая своими армадами поля и леса. Мол, не благодарите.

Однако по данным «Известий» на 2019 год, директор Института археологии РАН Н. А. Макаров говорит о том, что «всё-таки 600 археологов на всю страну — это очень немного, мы находимся на пределе научно-организационных возможностей». При этом те же копатели оценивают свою численность в 600 — 700 тысяч человек [38].

Так почему археологов на всю страну — только 600? Почему при таком количестве желающих «копаться в земле» в археологии работает только 600 человек? Учитывая также то, что эти 600 — 700 тысяч человек позиционируют себя как «краеведы», «энтузиасты» и практически бессребренники. Так что мешает встать на светлую сторону и помочь науке хотя бы в качестве волонтёра?

Это вопрос, ответ на который не требуется. Потому что ответ этот очевиден: проще ходить с прибором, чем учиться. Проще объявить себя частью некой субкультуры, чем работать. Проще собирать себе в коллекцию, чем на «недофинансированной» зарплате археолога копать шурфы. И благодарить тут таких «анастасьевых» обществу и науке вовсе не за что.

---

Список источников, литературы и примечаний:

1. Книга адресов жителей Москвы: составлена по официальным сведениям и документам., Книга адресов жителей Москвы на 1868 год. Ч. 1-2. С. 315; ЦГА г. Москвы. Ф. 203. Оп. 745. Д. 1867. Л. 432 об.; ЦГА г. Москвы. Ф. 203. Оп. 780. Д. 1029. Л. 8; Журналы Коломенской городской думы за 1873 год. — Москва, 1876. — С. с. 59, 142.
2. Российский медицинский список на 1872 год: списки врачей, ветеринаров, зубных врачей, фармацевтов и аптек. С. 30.
3. Адрес-календарь Москвы, изданный по оффициальным сведениям, Адрес-календарь Москвы, изданный по оффициальным сведениям к 1 января 1874 г. С. 51.
4. Российский медицинский список на 1877 год: списки врачей, ветеринаров, зубных врачей, фармацевтов и аптек. С. 37; Российский медицинский список на 1878 год: списки врачей, ветеринаров, зубных врачей, фармацевтов и аптек. С. 37.
5. ЦГА Московской области (ЦГАМО). Ф. 15298. Оп. 1. Д. 18. Л. 191 об.
6. ЦГА г. Москвы. Ф. 418. Оп. 11. Д. 240.
7. Антропологическая выставка Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии [Текст] / под ред. А. П. Богданова. — Москва : Комитет выставки, 1879. Т. 2, вып. 6. — С. с. 116.
8. Антропологическая выставка Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии [Текст] / под ред. А. П. Богданова. — Москва : Комитет выставки, 1879. Т. 2, вып. 6. — С. с. 116.
9. Зограф, Н. Ю. Отрадная страница из истории русской науки: Анатолий Петрович Богданов // Журнал Министерства народного просвещения. 1899. Часть CCCXXV. С. 35.
10. ЦГА г. Москвы. Ф. 203. Оп. 768. Д. 42. Л. 670.
11. Антропологическая выставка Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии [Текст] / под ред. А. П. Богданова. — Москва : Комитет выставки, 1879. Т. 2, вып. 6. — С. 116.
12. Антропологическая выставка Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии [Текст] / под ред. А. П. Богданова. — Москва : Комитет выставки, 1879. Т. 2, вып. 6. — С. с. 116 — 117.
13. Московские университетские известия за 1871 год. № 1. М., 1871. С. 19.
14. Антропологическая выставка Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии [Текст] / под ред. А. П. Богданова. — Москва : Комитет выставки, 1879. Т. 2. — С. 82.
15. Известия Имп. Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии. Т. 20 : Труды Антропологического отдела. Кн. 2, Вып. 1 : Протоколы заседаний отдела (с 3 ноября 1865 года по 13 мая 1875 года). — М., 1876. С. 8.
16. Известия Имп. Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии. Т. 20 : Труды Антропологического отдела. Кн. 2, Вып. 1 : Протоколы заседаний отдела (с 3 ноября 1865 года по 13 мая 1875 года). — М., 1876. C. c. 12 — 16; Антропологическая выставка Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии [Текст] / под ред. А. П. Богданова. — Москва : Комитет выставки, 1879. Т. 3 ч. 2. С. 8.
17. Известия Имп. Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии. Т. 20 : Труды Антропологического отдела. Кн. 2, Вып. 1 : Протоколы заседаний отдела (с 3 ноября 1865 года по 13 мая 1875 года). — М., 1876. C. c. 12 — 16; Антропологическая выставка Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии [Текст] / под ред. А. П. Богданова. — Москва : Комитет выставки, 1879. Т. 3 ч. 2. — С. 8.
18. Известия Имп. Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии. Т. 20 : Труды Антропологического отдела. Кн. 2, Вып. 1 : Протоколы заседаний отдела (с 3 ноября 1865 года по 13 мая 1875 года). — М., 1876. — C. 12.
19. Известия Имп. Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии. Т. 20 : Труды Антропологического отдела. Кн. 2, Вып. 1 : Протоколы заседаний отдела (с 3 ноября 1865 года по 13 мая 1875 года). — М., 1876. — C. c. 12 — 13.
20. Известия Имп. Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии. Т. 20 : Труды Антропологического отдела. Кн. 2, Вып. 1 : Протоколы заседаний отдела (с 3 ноября 1865 года по 13 мая 1875 года). — М., 1876. — C. 13.
21. Известия Имп. Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии. Т. 20 : Труды Антропологического отдела. Кн. 2, Вып. 1 : Протоколы заседаний отдела (с 3 ноября 1865 года по 13 мая 1875 года). — М., 1876. — C. c. 13 — 14.
22. Известия Имп. Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии. Т. 20 : Труды Антропологического отдела. Кн. 2, Вып. 1 : Протоколы заседаний отдела (с 3 ноября 1865 года по 13 мая 1875 года). — М., 1876. — C. 14.
23. Известия Имп. Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии. Т. 20 : Труды Антропологического отдела. Кн. 2, Вып. 1 : Протоколы заседаний отдела (с 3 ноября 1865 года по 13 мая 1875 года). — М., 1876. — C. 14.
24. Известия Имп. Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии. Т. 20 : Труды Антропологического отдела. Кн. 2, Вып. 1 : Протоколы заседаний отдела (с 3 ноября 1865 года по 13 мая 1875 года). — М., 1876. — C. с. 14 — 15.
25. Известия Имп. Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии. Т. 20 : Труды Антропологического отдела. Кн. 2, Вып. 1 : Протоколы заседаний отдела (с 3 ноября 1865 года по 13 мая 1875 года). — М., 1876. — C. 15.
26. Известия Имп. Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии. Т. 20 : Труды Антропологического отдела. Кн. 2, Вып. 1 : Протоколы заседаний отдела (с 3 ноября 1865 года по 13 мая 1875 года). — М., 1876. — C. 16.
27. Известия Имп. Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии. Т. 20 : Труды Антропологического отдела. Кн. 2, Вып. 1 : Протоколы заседаний отдела (с 3 ноября 1865 года по 13 мая 1875 года). — М., 1876. — C. 16.
28. Известия Имп. Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии. Т. 20 : Труды Антропологического отдела. Кн. 2, Вып. 1 : Протоколы заседаний отдела (с 3 ноября 1865 года по 13 мая 1875 года). — М., 1876. — C. 16.
29. Известия Имп. Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии. Т. 20 : Труды Антропологического отдела. Кн. 2, Вып. 1 : Протоколы заседаний отдела (с 3 ноября 1865 года по 13 мая 1875 года). — М., 1876. — C. 13.
30. Известия Имп. Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии. Т. 20 : Труды Антропологического отдела. Кн. 2, Вып. 1 : Протоколы заседаний отдела (с 3 ноября 1865 года по 13 мая 1875 года). — М., 1876. — C. 10.
31. Алексеева, Т. И. Этногенез восточных славян по данным антропологии. – М.: Изд. МГУ, 1973. – С. с. 26, 27.
32. Антропологическая выставка Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии [Текст] / под ред. А. П. Богданова. — Москва : Комитет выставки, 1879. Т. 2, вып. 6. — С. 13.
33. Археологические раскопки курганов Подмосковья в 1864-1866 гг. и судьба археолога А.П. Богданова — Подмосковный краевед [Электронный ресурс]. URL: https://trojza.blogspot.com/2013/01/1864-1866.html, режим доступа: свободный. Дата обращения: 28.01.2026.
34. Формозов, А. А. Исследователи древностей Москвы и Подмосковья / А. А. Формозов. — Изд. 2-е, доп. — Москва : Рукописные памятники Древней Руси : Изд. А. Кошелев, 2007. URL: https://iknigi.net/avtor-aleksandr-formozov/20116-issledovateli-drevnostey-moskvy-i-podmoskovya-aleksandr-formozov/read/page-5.html, режим доступа: свободный. Дата обращения: 28.01.2026.
35. Формозов, А. А. Исследователи древностей Москвы и Подмосковья / А. А. Формозов. — Изд. 2-е, доп. — Москва : Рукописные памятники Древней Руси : Изд. А. Кошелев, 2007. URL: https://iknigi.net/avtor-aleksandr-formozov/20116-issledovateli-drevnostey-moskvy-i-podmoskovya-aleksandr-formozov/read/page-5.html, режим доступа: свободный. Дата обращения: 28.01.2026.
36. Спицын, А. А. Обозрение некоторых губерний и областей России в археологическом отношении // Записки Русского археологического общества. 1899. 11. Вып. 1–2. С. 201.
37. См. Формозов, А. А. Исследователи древностей Москвы и Подмосковья / А. А. Формозов. — Изд. 2-е, доп. — Москва : Рукописные памятники Древней Руси : Изд. А. Кошелев, 2007. URL: https://iknigi.net/avtor-aleksandr-formozov/20116-issledovateli-drevnostey-moskvy-i-podmoskovya-aleksandr-formozov/read/page-5.html, режим доступа: свободный. Дата обращения: 28.01.2026.
38. Докопались: как не пополнить ряды «черных археологов» — Известия [Электронный ресурс]. URL: https://iz.ru/885816/elena-motrenko/dokopalis-kak-ne-popolnit-riady-chernykh-arkheologov, режим доступа: свободный. Дата обращения: 28.01.2026.