О черновике челобитной о незаконной рубке людьми помещика Ф. В. Наумова вотчины села Киясово, деревни Починок и села Ситни в нарушение Указа Петра I от 19 (30) ноября 1703 года. Из собрания музея П. И. Щукина.
Содержание
Комментарий к черновой челобитной о порубке заповедного дуба
Фабула описываемого в черновике челобитной дела такова.
Челобитчиком ранее было подано доношение о незаконной порубке крестьянами и людьми вотчины Ф. В. Наумова в селе Киясово, деревне Починки и селе Ситня заповедных дубов в вотчине челобитчика и его братии. Термин «заповедный дуб» происходит из Указа Петра I от 19 (30) ноября 1703 года. Согласно именному Указу Петра I от 19 (30) ноября 1703 года «Об описи лесов во всех городах и уездах, от больших рек в сторону по 50, а от малых по 20 верст» [Полное собрание законов Российской империи. [Собрание 1-е. С 1649 по 12 декабря 1825 г.]. — СПб. : Тип. 2-го Отд-ния Собств. Е.И.В. канцелярии, 1830. — Т. 4 : 1700-1712 : [№ 1740-2619]. — 1830. — С. 228.], которым регламентировался порядок рубки деревьях в лесах в пределах 50 верст от крупных рек и 20 — от малых. Указом устанавливались породы деревьев разрешенные к рубке и породы, которые срубать не дозволялось никому. Среди них были и дубы. Заповедные деревья должны были быть в отрубе от 12 вершков и больше. Причем, если за одни заповедные породы полагалась только пеня «в 10 рублев», то за порубку заповедного дуба виновному грозила смертная казнь. Данный указ был издан для целей сохранения лесов для кораблестроения — не зря границы охранных зон установлены исходя из акватории крупных рек. Для порубки были разрешены липа, ясень, береза, осина, ольха, ель, орешник, ивняк, осокорь, сосна в отрубе не меньше 12 вершков.
Кто был челобитчик?
«Челобитье на меня богомолца вашего сумежнаго с вотчиною нашею и ближнего помещика и наглова по соседству обитчика Федора Васильева сына Наумова в святейшем духовном синоде в дикастерии в том что я нижаиший з братиею подал доношение…».
«…а они в вотчине нашеи того ж Коломенского уезду в селе Николском с пустошми насилством порубили многой дуб…».
«…и он Наумов укрывая оную вину свою и надеяс на ябеду и ведая что мы люди иностранные и по руски не токмо допросом отвечат но и говорит не умеем…».
«…а по тому ево челобитью в духовном синоде взята у меня скаска что стат против челобитья ево сево числа к допросу а я богомолец ваш по руски говорит не умею…».
Личность автора челобитной, а также то, о какой «братии» идет речь, — факты неустановленные, но можно предположить, что речь идет об иностранце (возможно, грек?)-страннике, паломнике, обретавшемся при каком-то монастыре (либо при погосте?) в вотчине в неком селе Никольском Коломенского уезда, смежной с владениями Ф. В. Наумова.
О какой смежной вотчине в селе Никольском «с пустошми» идет речь?
Вероятно, речь идет о селе Никольском [РГАДА. Ф. 1209. Оп. 803. Кн. 9400. Ед. хр. 1.] на реке Ситенке. Данные эти также подтверждаются более ранними источниками — писцовой книгой Коломенского уезда 1577 — 1578 гг. [Писцовые книги Московского государства / под ред. действительнаго члена Н. В. Калачова. — Санкт-Петербург : издание Императорскаго русскаго географическаго о-ва, 1872-1895.Ч. 1, отд-ние 1: Писцовыя книги XVI века. Отд-ние 1. Местности губерний Московской, Владимирской и Костромской. — 1872. — С. 431.] — это намного раньше событий 1722 года. По писцовой книге полсела Никольское принадлежало монастырю Николы Чудотворца Старого, что на Москве (видимо, имеется в виду Николо-греческий монастырь на Китай-городе), а другая — Троицкому Белопесоцкому монастырю. Поскольку предполагается, что указанный иностранец — грек или балкарин (иной иностранец богомольцем в православной России вряд ли был бы), то версия о том, что данный человек мог каким-то образом присутствовать от данного монастыря в этой вотчине, либо просто ему было поручено составить челобитную, представляется довольно обоснованной.
Черновая челобитная неизвестного иностранца на помещика Федора Васильева Наумова о порубке заповедного дуба, 1722 года
Сборник старинных бумаг, хранящихся в Музее П.И. Щукина / Изд. П.И. Щукина. Ч. 1-10. — Москва : т-во тип. А.И. Мамонтова, 1896-1902. — 10 т.; 34.Ч. 2. — 1897. — С. 12 — 13.
Челобитье на меня богомолца вашего сумежнаго с вотчиною нашею и ближнего помещика и наглова по соседству обитчика Федора Васильева сына Наумова в святейшем духовном синоде в дикастерии в том что я нижаиший з братиею подал доношение вотчины его Коломенского уезду села Киясовки з деревнями и села Ситни на людей и на крестьян ево в порубленном насилно заповедном дубе в валт местерской канцелярии в которой поручено имянным указом заповедным лесам смотрение имет во всем государстве а они в вотчине нашеи того ж Коломенского уезду в селе Николском с пустошми насилством порубили многой дуб и чтоб тот дуб у него в вотчинах вынят о чем подлино значит во оной канцелярии по доношению моему в розыскном о том порубленом заповедном дубе еще и кроме розыску по одним роспросом старосты и крестьян ево в деле а в том доношении моем написано буде у него тово заповедного дубу во оных вотчинах и в новопоселебной усадбе Починке не вынут тоб сыскат о той порубке посторонними людми и ближними соседи и теми которых я в том доношении имяны объявили и того заповедного порубленого дубу вынето у него Наумова в оных вотчинах и кроме сыску нынешнего году и прошлых лет рупки многое число кроме того которои в тех ево вотчинах прихоронен и вывезен о чем явно по доезду ипо допросам валт местера кнез Михаила Вадболского и салдат и за руками сторонних людей и он Наумов укрывая оную вину свою и надеяс на ябеду и ведая что мы люди иностранные и по руски не токмо допросом отвечат но и говорит не умеем и он мимо вышепоканного (вышепоказанного) о заповедном дубе разыскного дела бьет челом чтоб меня и посторонних кои в доношении моем написаны допросит чего мимо розыску не надлежит в том интересном деле и за вышепоказанною заповедного дуба выимкою посторонних допрашиват понеже и без допросев посторонних людеи заповедной дуб у него вынят многои а староста и крестьяня ево в роспросах своих показали что по приказу ево Наумова в дачях наших люди ево и крестьяня всякой лес рубили бутто кроме заповедного дубу а как ими будут в той канцелярии розыскиват то может показатца с розыску о том заповедном дубе и про нево Наумова и нелзя ему тово не знать что он пред приездом валтместера для выимки дуба в тех вотчинах сам был пят днеи и при нем многой дуб прихоронен и розвожен о чем явно будет по розыску да и к тому розыскному делу он Наумов подал такую челобитную чтоб мимо розыску допросит оных посторонних которую челобитную приняв у нево во оную канцелярию к делу следует по указу роспросами и розыском крестьяноми и людми ево а не посторонних людеи в том интересном деле допросами и он Наумов оставя то челобитье о том же деле в противностъ указом бьет челом на меня и о допросе посторонних об одном деле в другой ряд и убытчит напрасно а по тому ево челобитью в духовном синоде взята у меня скаска что стат против челобитья ево сево числа к допросу а я богомолец ваш по руски говорит не умею всемилостивеишии (г. п. в. и. в) вели Государь сию мою челобитную в святеишем духовном синоде в дикастерии записав в книгу и вместо допросу моево принят у меня к тому ево Наумова челобитью а о неправде ево и в вынетом у нево заповедном дубе что он бьет челом на меня и о допросе посторонних мимо розыску в другой и о всем с помянутою розыскною валтместерскою канцеляриею справитца а по справке неправда ево будет явна а тех посторонних в том интересном обличенном и вынятом дубе мимо тои розыскной концелярии допрашиват не подлежит и не о чем о чем ясно показано выше сего в: п: в: и: б:
1722 ноемврий 17 [17 ноября 1722. — Прим. Залата Т. К.] .